Ирина Каптелова: "В Китае загар и пухлые губы – признак деревенского происхождения"

Украинка Ирина Каптелова сыграла роль в одном из самых популярных китайских сериалов. "Страна" с ней поговорила о том, чем отличаются вкусы китайцев и нашего зрителя

Владислав Бовтрук

23 марта в Китае вышел новый сериал "Один корабль, один мир", в котором главную роль – капитана круизного лайнера – исполнила украинка Ирина Каптелова. 

Сериал оказался невероятно популярным. По итогам первых двух серий он занял третью строчку в топе по просмотрам в Китае. Сериал пять дней подряд занимает первое место в общенациональном рейтинге, а общее количество просмотров на двух онлайн-платформах – более 640 миллионов.

"Страна" взяла интервью у Ирины Каптеловой и узнала, как ей удалось завоевать рынок кино в Китае.

– Как вы оказались в Китае?

– Еще в 2008 году я приехала в Китай к своей украинской подруге, китаисту Диане Ермолаевой. Планировала побыть в Китае полгода-год и выучить китайский. Вот на учебе мне и предложили впервые сходить на кастинг для съемок в рекламе. Потом меня пригласили на съемки повторно, уже лично. А через пару месяцев я прошла кастинг на главную роль в фильме "Зимой не холодно". С него началась моя активная работа в китайском кинематографе, у меня появился собственный агент. Я много снималась, изменила свое имя на более понятное китайскому уху имя Илиша и постоянно жила в Китае. Поступив в ГИТИС (театральный институт в Москве. – Ред.), четыре года жила на три страны, в Китай летала регулярно на съемки. Всего с 2008 года снялась в тридцати с лишним проектах, из них более двадцати – в главной роли.

– Как украинке удалось завоевать китайский рынок кино?

– У нас принято считать, что в Китае любят девушек славянской внешности. Я часто слышу: "Конечно, ты светленькая, зеленые глаза – понятно, почему ты им нравишься". Но это такой же миф, как и то, что в китайских фильмах все летают по воздуху и делают кунг-фу, как Джеки Чан. В реальности же с Китаем сотрудничает огромное количество самых красивых моделей мира из абсолютно разных стран. Рассчитывать на карьеру в Китае только потому, что у тебя славянская внешность, – тренд 30-летней давности. Мне приходится много работать, изучать углубленно китайский язык и произношение, четко и в сроки выполнять все требования по подготовке к роли и реализации… На самом деле, это тысячи бессонных ночей, работа в тяжелых стрессовых условиях, обязательства перед съемочной группой, которые я выполняю. И – что самое сложное и интересное для меня – это понять, какой образ понравится зрителю с абсолютно отличным от моего культурным кодом. И в этом я немного разбираюсь.

– В чем отличие во вкусах китайцев и наших. Какой образ им нравится?

– Одну и ту же роль в Китае и здесь я буду выстраивать совершенно по-разному. Именно из-за различий в представлениях о жизни здесь и там. Отношения между людьми, понятия красоты, сексуальности – совершенно разные. В Китае есть "культура сохранения лица" – это умение не потерять свое лицо (хорошую репутацию) и не поставить своего собеседника в невыгодное положение. Там сохранилось конфуцианское почтение к старшим: как в семье, так и по возрасту и социальному положению. Это – ключевые принципы, определяющие поведение в обществе, национальный этикет. Это часть их ДНК, в любом сценарии оно уже заложено. Поэтому, прорабатывая образы своих героинь, я всегда обращаю внимание на то, как давно они приехали в Китай, насколько успели понять эту культуру, какие именно манеры, свойственные нашей культуре, можно подчеркнуть и стоит использовать.
 
– На что нужно делать упор, чтобы завоевать китайский рынок?
 
– В Китае будут работать с иностранцем не потому, что он красив, а потому, что он ответственно и профессионально относится к своей работе и соблюдает принятые протоколы общения. Конфликтно ведущие себя люди вызывают дискомфорт, их избегают. Работают с теми, с кем комфортно, понятно, надежно и прогнозируемо. Нежная, как лилия, хрупкая, прозрачная и чистая девушка с высоким голосом - эталон красоты и женственности в Китае. Сексуальность по-китайски – это быть милой скромной робкой, даже иногда прикрывать рот рукой, когда смеешься. Они носят одежду и обувь оверсайз, чтобы выглядеть еще более хрупкими. А вот то, что считается яркой сексуальностью у нас – там вульгарно.
 
– Что в Китае недопустимо для образа хорошей девушки?
 
– Загар и пухлые губы – признак деревенского происхождения. Декольте или отсутствие бюстгальтера под платьем – это просто катастрофа. Если вы придете на кастинг с открытой грудью или с сильным загаром – в Китае вас не поймут, прямо об этом не скажут, а просто поблагодарят – и вы никогда не узнаете, почему вас не пригласили на роль.
 
У меня в начале карьеры был случай, когда я надела, как мне показалось, вполне приличное платье на пробы: летний сарафан. Моя агент впала в панику, а режиссер стыдливо спросил, часто ли я ношу такую одежду и зачем. При этом китаянки спокойно приходят на заседание совета директоров в принтах с Hallo Kitty или Микки-Маусом – и это ок.
 
– Что для китайцев означает – сексуальность?
 
– Если героиня на экране проявляет интерес к мужчине, то, по китайским традициям, она будет мило заигрывать с ним, как капризная девушка-подросток, которая не может сама пройти пять  шагов – устает, ей нужна везде помощь и поддержка. Для китайских зрителей такой образ будет насыщен сексуальностью – мы же этого просто не поймем, не считаем.
 
При этом, когда речь идет о работе, то никакой наивности уже не будет. Тут уже
востребованы образы настойчивых смелых решительных женщин, которые построили бизнес или карьеру. Женщины в Китае эмансипированы больше, чем у нас. В реальной жизни в тренде – многонаправленность в работе. Например, моя ассистентка кроме работы со мной имеет несколько бизнесов по продаже одежды, косметики, при этом учится.

 – Как сильно пандемия коронавируса повлияла на рынок кино в Китае?

– Очень сильно повлияла, грядут большие перемены. Перед началом пандемии у меня были заключены три контракта на главные роли – и на сегодняшний день проекты до сих пор заморожены. Только сейчас, спустя год, постепенно все начинают просыпаться. В Китае за этот период было много съемок, но значительно меньше, чем до пандемии. Режиссеры и продюсеры из моего окружения игрались в низкобюджетные проекты для медиаплатформ – и им это понравилось. Одновременно зрители, среди которых значительный процент молодежи, все меньше смотрят ТВ и уходят на онлайн-платформы. Отлично, кстати, иллюстрирует этот тренд и наш новый проект: за первую неделю сериал "Один корабль, один мир" посмотрело онлайн более полумиллиарда зрителей. Поэтому продюсеры сейчас очень сильно пересматривают бюджеты и фокусы.

– Что сейчас востребовано в Китае. В какие вас привлекают проекты?

– Дело в том, что в Китае очень большая зрительская аудитория. Потому и продюсеры там – с совершенно другим мышлением: у них есть финансовая возможность рисковать и пробовать, быстро получать опыт, обжигаться и идти дальше. Они очень быстро действуют, мгновенно внедряют новые жанры и тенденции. Рынок развивается очень динамично. Кроме того, у них принципиально отличается от нашего формат сериалов.

Хороший качественный проект – это сериал на 30-45 серий, а не пять-десять, как принято у нас. А зрители в Китае очень лояльны именно к сериальной продукции. За счет этого я как актриса попробовала себя в абсолютно разных жанрах. Я снималась в исторических, военных, детских сериалах, комедиях, боевиках, драмах, приключенческих, даже в китайском сериале в стиле вестерн. И про вампиров, и в стиле экшен, и про телохранителей, и про советских инженеров.

– Ранее вы говорили, что подготовка к съемкам сериала длилась три года. Два месяца съемок на настоящем лайнере в открытом море. Также продюсеры создали точную копию отдельных частей лайнера в съемочных павильонах, самые масштабные для китайского кино на сегодняшний день съемки на зарубежных локациях, актерский состав из 11 стран мира. Какие страны могу себе такое позволить? Китай и США?

– Подготовка длилась так долго, потому что это первый опыт съемок сериала про круизную индустрию в Китае. Режиссер тщательно собирал и изучал материал, разрабатывал концепцию сценария. Он стремился к тому, чтобы максимально реалистично передать настоящую атмосферу работы и жизни команды лайнера на фоне постоянно сменяющихся туристов с их историями. Что касается масштабов, то сейчас, на мой взгляд, индустрия становится настолько глобализированной, что говорить отдельно о США или Китае не имеет смысла. Современные проекты – это коллаборации профессионалов из разных стран. В моей голове давно нет границ.

– Как вы ощущали себя в роли капитана третьего по величине в мире круизного лайнера?

– Вы знаете, что, согласно морскому праву, лайнер – это недвижимое имущество, на котором капитан представляет административную власть? То есть, фактически, это отдельный остров, а капитан – его верховный правитель. Что дает ему как практически безграничную власть, так и огромную ответственность. Исторически так сложилось, что должность капитана занимают мужчины. А моя героиня Хэтэуэй – капитан-женщина, что является редкостью даже для современного флота. Поэтому мне важно было найти в себе тот женский образ, который справился бы с таким челленджем.

– Каким образом вы справились с этой задачей?

– Конечно, я много училась, чтобы понять обязанности и ежедневную рутину капитана круизного лайнера. Режиссер Чэнь и продюсерская группа разработали прекрасные условия поддержки-обучения, на каждом этапе были консультанты. И сама жизнь на ультрасовременном 16-палубном лайнере помогла быстро войти в роль, съемки проходили комфортно и высокопрофессионально. Мне было сложно найти краски для характера женщины-капитана, на борту меня окружали мужчины. Примером женщины-управленца для меня стала наша генеральная продюсер, Ли Чен. Хрупкая, красивая, невысокого роста, очень женственная, добрая и внимательная абсолютно к каждому – именно она придумала идею этого масштабного сериала.

– Чтобы вжиться в роль капитана, вам пришлось изучать основы морского дела? Вы стояли у штурвала реального лайнера?

– Капитан не стоит у руля – он управляет судном, как дирижер управляет оркестром. Чтобы
обеспечить бесперебойную работу судна, на борту работает огромная команда, тысячи человек. Лайнер, на котором проходили съемки, – самый настоящий, он выполнял свои плановые рейсы. Вся команда корабля работала по-настоящему, а мы были пассажирами. Кстати, реальная команда с большим дружелюбием и лояльностью отнеслась ко мне. Они охотно помогали и отвечали на все вопросы.

– А как же кадры на капитанском мостике, где вы так уверенно управляете этой махиной?

– Чтобы отснять эти эпизоды, в павильоне Шанхайской киностудии построили декорации капитанского мостика в реальном масштабе. Копия настолько точная, что каждая кнопочка, каждая деталь были расположены ровно там же, где и на настоящем лайнере, где велись съемки. Поэтому я чувствовала себя там уверенно.

– А как проходили съемки на лайнере?

– Съемки проходили независимо от какой-либо круизной компании. Продюсерская компания выкупила билеты на восемь отдельных круизов на всех членов съемочной группы. То есть мы плавали туда-сюда, возвращаясь время от времени в Шанхайский порт. Туристы выходили, на борт поднимались новые – и мы снова отправлялись в очередной круиз. Наша часть группы на протяжении двух месяцев курсировала по маршруту из Шанхая по городам Японии, другая часть команды параллельно вела съемки в Европе, часть съемок проходила в студии в декорациях лайнера, часть – в студии со специально оборудованным бассейном для подводной съемки. Поскольку съемочную группу в 100 с лишним человек на капитанский мостик (ожидаемо) не пустили, то на самом лайнере большая часть моих эпизодов была на открытых палубах. Съемки происходили в феврале и марте, когда и на суше промозгло и холодно. А в открытом море, да еще и с самого утра и до вечера, по нескольку дублей... У меня буквально сводило лицо от холода, а рук и ног я не чувствовала. В перерывах между дублями бежала внутрь отогреваться и зарядиться теплом на следующую сцену. Но в целом съемки проходили замечательно. Мы реально путешествовали и жили как туристы на лайнере. В свободное время нам удавалось посмотреть новые страны и города. Я, к примеру, побывала в Японии: в Нагасаки, Фукуоке, Окинаве.

–Азиатские информагентства говорят, что в этом сериале впервые зарубежные съемки занимают столько экранного времени, это правда?

– Да, они даже придумали этому определение «экзотическая европейская красота». Хотя съемки проходили не только в Европе, но и в Японии или Марокко, к примеру. Но, насколько мне известно, до этого проекта такого количества зарубежных локаций в китайском кино, действительно, не было. И виды не-Китая в кадре – действительно, экзотика для местного зрителя.

– Вашими партнерами по съемкам стали Джан Хан (Hans Zhang Han) и Ван Ликунь (Wang Likun), которые входят в топ самых популярных и высокооплачиваемых современных актеров Китая. Кроме них в проекте задействованы актеры из многих стран мира. Сложно ли было работать в такой многонациональной компании?

– Команда и пассажиры любого реального лайнера – многонациональны, поэтому актерский состав подбирался соответствующий. Кроме Китая с нами работали актеры из США, Великобритании, Украины, Швеции, Эстонии, России, Австралии, Сингапура, Малайзии, Канады. Всего 11 стран или, может, даже больше. Для китайской киноиндустрии многонациональные проекты в целом скорее норма. Основная сложность, наверное, для многих была языковая. Для иностранцев было требование знать на разговорном уровне китайский язык, для китайцев – английский. Поскольку я более десяти лет живу и работаю в Китае, то с китайским больших проблем не возникало. Как, впрочем, и с английским.

– А как вам работалось с режиссером Чэнь Куньхуэем? Он популярен в Китае благодаря уже целому ряду своих ярких сериалов.

– Да, режиссер Чэнь – автор таких проектов, как "Моя прекрасная леди", "В пути", "Дверь в искупление". Я благодарна ему, что он доверил мне роль капитана лайнера, для меня это огромная честь. Работать в его команде было сплошное удовольствие. Я знаю, что Чэнь Куньхуэй готовился три года к этому проекту, интервьюируя сотрудников круизных лайнеров: от работников ресепшена, капитанов и их помощников до арт-директоров, директоров отелей и шеф-поваров. Отдельно они опрашивали туристов, побывавших в подобных круизах. Все истории в сценарии, таким образом, основаны в большей или меньшей степени на реальных событиях.

– Были ли у вас приключения на борту лайнера?

– О, да, я сама себе их устраивала время от времени. Быть на настоящем лайнере – и не попытаться проникнуть на нос корабля, чтобы стоять там, раскинув руки, представляя, как тебя обнимает Леонардо Ди Каприо? Ну какая девочка не мечтает об этом! Даже если нос корабля – территория, закрытая для пассажиров. Поэтому в один прекрасный день я в одиночку отправилась нарушать правила. Прекрасный день оказался невероятно ветреным. Стоило мне открыть дверь – и порыв ветра сбил меня с ног, со всей силы потащив прямо к борту (а за ним – открытое море).

Читайте также
Любое копирование, публикация, перепечатка или воспроизведение информации, содержащей ссылку на «Интерфакс-Украина», запрещается.