Зеленский в пятницу признал проблему "бусификации" в Украине - впервые употребив само это слово, таким образом его фактически легализовав.
И это, на самом деле, тектонический сдвиг, так как ранее позиция украинских властей заключалась в том, что "бусификация" это вообще "российское ИПСО", а видео с применением силы при мобилизации - это на 90% генерация ИИ, либо снятые россиянами фейки.
Но теперь власть, как видим, на самом высоком уровне признала проблему и поручила ее решить.
"Три задачи для министра обороны Федорова – закрытие неба, разобраться с вопросом бусификации, поставить точку в нерешенных вопросах по контрактной армии", - заявил президент.
В начале февраля он уже заявлял, что поставил Федорову задачу решить "масштабные проблем в сфере мобилизации", но не конкретизировал, какие именно. Теперь Зеленский подтвердил, что речь именно о принудительной мобилизации.
Также Зеленский заявлял примерно то же самое в контексте назначения Буданова главой Офиса президента - с анонсом неких наработок нового руководителя ОП по этой теме. Да и сам бывший глава ГУР критиковал ход мобилизации.
Однако, несмотря на эти намеки, что "проблему видим, будем разбираться", фактически ситуация с тех пор никак не поменялась - жесткая уличная мобилизация как шла, так и идет, и никаких наработок по ее прекращению представлено не было.
Более того, исходя из ситуации с нехваткой личного состава на фронте, неясно, каким образом власти собираются отказываться от бусификации.
В этой связи может быть несколько объяснений последним заявлениям Зеленского.
Первая - пользуясь сменой руководящих кадров ОП и Минобороны, Зеленский решил "отстроиться" от токсичной темы уличной мобилизации, пообещав некие неясные пока улучшения в этой сфере (которые могут впоследствии либо отстутствовать, либо оказаться косметическими). То есть президент как бы пытается выстроить медийную кампанию с главным месседжем "ТЦК - это не я. Я против произвола ТЦК" (хотя понятно, что, как верховный главнокомандующий, именно Зеленский несет в конечном ответственность за действия военнослужащих ТЦК).
Вторая - власти предполагают, что война скоро закончится, и готовят существенные послабления по мобилизации. Но это будет напрямую зависеть от хода переговоров, прорыв по которым пока не просматривается.
Третья - власти намерены сделать упор на добровольно-контрактный набор в армию, как это происходит в России. Некоторые намеки на новую "систему контрактов" с граничными сроками службы делал еще бывший министр обороны Шмыгаль. Хотя он и не говорил (и даже не намекал), что она отменяет принудительную мобилизацию.
При этом очевидно, что добровольцев можно привлечь сейчас только очень большими "подъемными" и значительным увеличением денежного довольствия. Но на это пока неизвестно где брать деньги. Поэтому реалистичность такого подхода вызывает большие сомнения.
Как и в целом возможность привлечения значительного числа контрактников даже за большие деньги. Те, кто хотел идти в армию добровольно, уже и так пошел в начале войны. А сейчас желающих служить по своей воле мало. Что и показал опыт "молодежных контрактов" 18-24, по которым, несмотря на очень привлекательные условия, пока наплыва желающих служить не наблюдается.
Четвертое объяснение - власть хочет пиарить тему "мы решаем проблему бусификации, скоро будут улучшения" (хотя их может и не быть вовсе), а также упомянутый выше "переход на контракты" для того, чтоб мобилизацию ужесточить. Например - снизить возраст мобилизации (сейчас ходят слухи, что его собираются снизить до 23 лет, хотя они официально пока никак не подтверждены). И/или ввести более жесткие меры против "ухилянтов". Но при этом параллельно власти будут заявлять, что они проводят "глобальные реформы в армии", а потому не нужно бояться туда идти.