Наступила очередная пауза в боевых действиях между США и Ираном.
Судя по поступающим утечкам СМИ из Вашингтона, приказ президента США Дональда Трампа прекратить удары, последовавший после его громогласных угроз уничтожить электростанции и мосты Ирана в ответ на обстрел судов в Ормузском проливе, был вызван теми же причинами, что и прежние остановки боевых действий. А именно – большой расход боеприпасов, потери личного состава и техники американской армии, а главное – невозможность принудить военными действиями нынешнего формата (воздушные удары) Иран к каким-либо уступкам. А для полномасштабного сухопутного наступления у США достаточно сил в регионе нет. Тем более, что боевые действия и нынешней интенсивности ложатся очень тяжелой ношей на американский бюджет. Плюс – рост цен на нефть, который приводит к удорожанию топлива в США и делает еще более проблематичной победу республиканцев на довыборах в Конгресс, так же, как и общее недовольство затянувшейся войной в американском обществе.
Поэтому Трамп вновь нажал на тормоза, параллельно пытаясь нащупать стратегию, которая могла бы нанести более существенный урон Тегерану (но о ней ниже).
Иран же в очередной раз показал, что может причинить существенный ущерб Штатам, сохраняя способность как перекрыть Ормузский пролив, так и наносить удары по американским базам.
Единственная проблема, которая для иранцев остается острой – это морская блокада, объявленная США. Чтобы ее снять, Ирану нужно нанести массированные удары по американским кораблям, чтобы отогнать их от берега на сотни километров (где они и были во время активной фазы войны в марте). Сможет ли Тегеран на следующем витке противостояния решить эту задачу и определит во многом дальнейший ход событий на Ближнем Востоке. Потому что блокада – это последний оставшийся в руках США более-менее эффективный инструмент воздействия на Тегеран.
Однако параллельно обмену ударов между Ираном и США в регионе происходят и другие - менее заметные, но даже еще более важные со стратегической точки зрения процессы.
До недавних пор на Ближнем Востоке было, условно говоря, четыре основных "тусовки" стран, находящихся в разной степени враждебности по отношению друг к другу.
Первая тусовка – это Саудовская Аравия, другие монархии Персидского залива (кроме Катара и Омана), Египет, Иордания. Традиционно эта тусовка ориентирована на Республиканскую партию США.
Вторая тусовка – это Турция, Катар, с 2024 года Сирия (после падения власти Башара Асада) и отчасти Оман. Эти страны считаются близкими к британскому вектору, а Катар, к тому же, имеет отношения с определенными кругами в Демократической партии США.
Третья тусовка – это Иран и его "ось сопротивления" ("Хезболла" в Ливане, хуситы в Йемене, шиитское ополчение в Ираке). Геополитически Иран ориентирован на Китай и Россию. Хотя по многим вопросам выступает как самостоятельных региональный центр силы.
Четвертая тусовка – это находящийся под защитой США Израиль и близкие к нему группы на Ближнем Востоке (курды, друзы).
Также стоит назвать еще три страны: Ирак (в которой формальная власть принадлежит проамериканскому правительству, но сильные позиции и у ориентированного на Иран шиитского ополчения), Азербайджан (ближайший союзник Турции, но при этом имеющий очень тесные отношения с Израилем) и Пакистан. Пакистан – единственная исламская страна с ядерным оружием и с огромной армией. Поэтому первая и вторая тусовки активно пытаются с ним завязать формальные и неформальные отношения, чтобы получить от него как от ядерной державы гарантии безопасности. И даже договоры об оборонном сотрудничестве уже с рядом стран подписаны. Также на Пакистан рассчитывали и американцы в плане военного давления на Иран.
Однако, несмотря на все вводные, реальная активность Пакистана на Ближнем Востоке ограничена его напряженными отношениями с соседями – с Индией и с Афганистаном, которая не позволяет ему отвлекаться на другие регионы без риска крайне тяжелых последствий для собственной безопасности. В таких условиях вражда Пакистана с его еще одним соседом – Ираном - также опасна. Особенно, учитывая, что это не акцептирует четвертый сосед – Китай, отношения с которым для Исламабада критически важны.
Поэтому при всем своем огромном потенциале Пакистан может лишь ограниченно влиять на происходящее на Ближнем Востоке в виду непростой ситуации с соседями.
Все четыре тусовки состояли друг с другом в отношениях разной степени враждебности. Наиболее сильная из них – между Ираном и Израилем. Но и между первой и второй тусовками все было очень непросто. Катар и Саудовская Аравия враждовали фактически в открытую, тяжелые были отношения и между Турцией и Египтом: Анкара поддержала приход к власти в Каире "братьев-мусульман", которые были потом свергнуты египетскими военными в ходе кровавого переворота. С Израилем у Турции с Катаром также конфликт (обе страны поддерживают ХАМАС и координируют антиизраильскую кампанию по всему миру). Более спокойные отношения с Израилем у первой тусовки. Но ее неформальный лидер Саудовская Аравия отказывается, несмотря на прямое давление Трампа, нормализовывать с Израилем отношения в рамках Авраамических соглашений, пока не будет создано Палестинское государство.
Такая была картина еще недавно.
Но в последний год, а особенно после нападения США и Израиля на Иран, начались серьезные перемены.
Произошло очень сильное сближение первой (саудовско-египетской) и второй (турецко-катарской) тусовок. В марте входящие в них страны плюс Азербайджан и Пакистан подписали совместное заявление с осуждением иранских ударов. При этом они воздержались от прямых ударов против Ирана и заняли в отношении действий США в целом скептическое отношение, стараясь выступать в качестве посредников для достижения скорейшего прекращения огня.
Судя по многим признакам, это сближение происходит при прямом содействии администрации Трампа.
И у него к этому есть свой интерес, напрямую завязанный на противостояние с Ираном.
Главная задача Вашингтона, как мы писали еще в марте – побудить вступить в войну с Тегераном его соседей, при том, что американцы будут помогать им лишь ударами с воздуха, что минимизирует и людские, и финансовые потери США.
Однако тогда это не получилось. Даже иракские курды, находящиеся в очень тесных отношениях с США и Израилем, отказались воевать.
Но саму идею США не оставили и теперь, судя по всему, ходят подступиться к ней поэтапно, нанося удары по союзникам Ирана, с целью оставить его в одиночестве.
И вот как раз здесь определенные движения уже идут.
Саудиты атаковали хуситов. Проамериканское правительство Ирака начало операции против проиранских шиитских ополченцев. В Ливане США активно склоняют правительство и армию к разоружению "Хезболлы".
Однако, пока ни по одному из этих направлений успехов особо нет. Хуситы оказывают сопротивление, нанося болезненные удары по уязвимым местами саудитов – танкерам и нефтяным объектам. Ополчение в Ираке также не дает себя разоружать, а правительство не имеет прочных позиций. В Ливане задача усложняется тем, что "Хезболла" кратно сильнее ливанской армии, а потому последняя ничего с ней поделать не может. Трамп публично несколько раз заявлял, что задачу борьбы с "Хезболлой" может взять на себя Сирия. Но буквально сегодня президент страны Ахмед аш-Шараа, заявил, что у него никакого интереса к войне в Ливане нет. И его можно понять – в самой Сирии ситуация далека от стабильной.
Ситуацию усложняет и разрастающийся конфликт внутри первой тусовки между Саудовской Аравией и ОАЭ. ОАЭ в последнее время развили геополитическую активность – проводят свою линию в разных странах мира, общаются через голову саудитов с США и Израилем, вышли из ОПЕК+, что Эр-Рияду очень не понравилось, враждуют с просаудовскими силами в Йемене.
Кроме того, есть и более глобальные проблемы, которые могут помешать реализации стратегии Вашингтона "войны с Ираном чужими руками".
Первая – в первой и во второй тусовках собрались страны либо богатые (Саудовская Аравия, Катар, ОАЭ), либо со своими серьезными внутренними проблемами (Сирия, Египет). Ни те, ни другие воевать не хотят. Особенно против отмобилизованного Ирана. Даже для Турции проблематично впрягаться в войну, проводя мобилизацию и идя на большие жертвы на фоне неоднозначного отношения к Эрдогану в обществе и непростой экономической ситуации. Тем более, что в таком случае турки, Египет и прочие будут воевать фактически на стороне Израиля. А с последним у "объединенной тусовки" перспективы отношения неоднозначные. В Израиле с нескрываемой тревогой следят за процессами и за "медовым месяцем" в отношениях Эрдогана и Трампа. Из Израиля уже идут комментарии, что Турция и Ко могут стать не меньшей угрозой, чем Иран.
Вторая – продемонстрированная в ходе войны с Ираном ограниченность возможностей США не настраивает в принципе его союзников на Ближнем Востоке таскать для Вашингтона каштаны из огня. Скорее побуждает координировать усилия для выстраивания отдельной геополитической линии, чтобы решать свои проблемы самостоятельно, не делая однозначной ставки на американцев. Тем более, что и связи с Китаем для этих стран очень важны.
При этом, безусловно, факт напряженных отношений между "объединенной тусовкой" и Ираном с его союзниками очевиден. Страны Персидского залива не хотят отдавать Ирану контроль над Ормузским проливом, превращая его, тем самым, в доминирующую силу в регионе.
Однако, приведет ли это к прямому военному столкновению этих стран с Ираном (чего хотели бы США), либо будут достигнуты некие компромиссные договоренностями без участия американцев с последующей минимизацией их влияния в регионе (что, возможно, было бы вполне приемлемо для Ирана, но категорически неприемлемо для Штатов) – пока неизвестно.
Сейчас Вашингтон пытается реализовать сценарий втягивания ближневосточных стран в войну с союзниками Тегерана в Ираке, Ливане и Йемене, а потом и с самим Ираном. Но пока процесс идет вяло и в любой момент сценарий может быть переключен на совсем иной.
Но однозначно можно сказать, что ситуация на Ближнем Востоке запуталась в столь тугой узел, что быстрых решений вряд ли можно ожидать. А значит и пути транспортировки нефти там будут еще довольно долго зоной риска, что прямо будет влиять и на мировые цены на энергоносители.
Кроме того, конфликт будет оттягивать ресурсы (оружие и деньги) и внимание США. Что означает ещё большие проблемы с поставками вооружений Киеву, а в перспективе - и финансовой помощи (рост цен на энергоносители усугубляет экономические проблемы Европы).
Кроме того, усложнение геополитической обстановки для Вашингтона может побудить его рано или поздно попытаться найти решение проблем через нормализацию отношений с Россией. В том числе и ценой давления на украинские власти с целью принятия согласованных с Москвой условий завершения войны. Пока это выглядит, впрочем, гипотетическим сценарием, но в моменты столь глобальных потрясений никаких вариантов развития событий исключать нельзя.